Дохлый таксидермист

Мария Самтенко берет читателя за руку и вводит его в странный и мрачный мир, где смерть является государственным учреждением со своей бюрократией и отчетностью. Главный герой, Евгений Петров, оказывается втянут в кровавую игру, начинающуюся с пролога о потрошении легендарного вождя, но это только верхушка айсберга событий, развернувшихся в июле 1942 года.

История разворачивается в условиях Второй мировой войны, когда реальность скрывает в себе нечто куда более опасное, чем фашизм. Параллельно с историей наивного таксидермиста, втянутого в преступление его неизвестным нанимателем, в Ташкенте разворачивается не менее интригующий сюжет о Лидии Адамовне Штайнберг — начальнице советского филиала Министерства смерти, человеке, чей нескончаемый рабочий день превратился в кошмар, когда в город явился некий упырь с собственными планами.

Автор виртуозно переплетает две линии повествования: абсурдную и трагичную судьбу простого человека, которого случай и шантаж сделали палачом, и холодную, детективную историю тех, кто стоит на страже порядка в государстве, где смерть — это официальная должность. Столкновение этих миров происходит в изломанном боевом фэнтези, где герои сталкиваются не только с механизмом государственной машины, но и с существами, выходящими за границы человеческого понимания.

Петров, неудачный убийца в картофельном мешке на голове, вскоре обнаруживает, что его первое преступление привлекло внимание куда более опасных сил. Штайнберг же сражается на двух фронтах: с невозможной администрацией Минсмерти и с существом, которое грозит разрушить все, во что она верила и работала. Их пути сходятся в Ташкенте, в городе, где граница между жизнью и смертью становится все более зыбкой и непредсказуемой.

Самтенко создает мир, полный темного юмора и горькой иронии, где советская мистика встречается с военной действительностью, а обычные люди вынуждены совершать чудовищные поступки в попытке выжить. Книга исследует границы между человеком и чудовищем, между долгом и совестью, между выжившей волей к жизни и полным отчаянием.