Игры Ариев. Книга седьмая

Андрей Снегов продолжает эпическую сагу о Псковском княжестве в седьмой книге цикла "Игры Ариев". На этот раз героя Олега, ставшего Апостольным князем, ждёт совсем не боевая, а куда более изматывающая работа — управление государством. Он обладает рунической силой, авторитетом военачальника и поддержкой влиятельного рода Волховских, но золотая клетка княжеского престола оказывается не менее удушливой, чем любое боевое поле.

День за днём жизнь течёт по одному и тому же сценарию: утренние тренировки, стопки документов, встречи с зависимыми князьями, послеобеденные уроки истории у опытного Волховского-старшего. Олег чувствует себя пленником рутины, погребённым под грудой указов и прошений. Тоска от безделья, разбавленная едкой политической необходимостью, становится его новым врагом — врагом, которого невозможно заколоть мечом.

Старые князья приняли его власть, но одновременно начали опасаться. Казнь мятежников, формирование новой дружины и помолвка с дочерью Императора превратили Олега из выскочки в серьёзного игрока. Каждый, кто приходит к нему во дворец, ищет слабину, прощупывает позиции, старается занять выгодное место при изменяющемся дворе. Их фальшивые улыбки и подобострастные речи вызывают только раздражение.

Спасением становятся люди, близкие сердцу: Алексей, его острый на язык адъютант, с которым можно спорить о философии и будущем империи; таинственная Лада, приходящая в покои после полуночи и дарующая час человеческого тепла посреди холодных политических игр. С ними герой может быть самим собой, забыв о масках и расчётах.

Волховский-старший наставляет Олега в азах истинной власти — той, что основана не на силе рун, а на магии влияния и страха. Но молодой князь постигает эту науку на ошибках, набивая шишки и учась нащупывать грань между хирургической точностью и жестокостью. История разворачивается на фоне весны, когда зима уходит, но свобода по-прежнему кажется недостижимой мечтой. В мире, где тайные союзы и столетние конфликты правят балом, Олег должен найти свой путь к настоящей власти.